Главная История Населенные пункты Святые источники Личности На страже Видео Книги Статьи
   Дополнительно
   
   
   Ф.И. Тютчев
   А.К. Толстой
   
   История России
   


   Соседи

   
   
   
   

 

 

ГРОБНИЦА ВОИНОВ-ИНОКОВ ПЕРЕСВЕТА И ОСЛЯБИ     


Церковь Рождества Пр. Богородицы на старом Симонове в Москве.

      Много в Москве храмов Божиих, которые, по началу своему, очень древни. Москва начало своего существования считает со времени первого известия о ней в летописях 1147 года; но, и до того времени, селения, занимавшие местность Москвы, без сомнения, имели церкви, в которых обыватели, или прихожане, исполняли свои христианские обязанности. Археология нам еще не объяснила о времени начала большей части Московских церквей. Когда же бывает известно начало древней церкви, особенно, ежели начало или время построения церкви ознаменовано каким-либо важным историческим событием, то любители древности с большим сочувствием относятся к сему событию, и память первоначального устройства храма Божия чествуют особым торжеством.
      В 1870 году любители древности собрались праздновать, 8-го сентября, 500-летие церкви Рождества Пресвятой Богородицы на Старом Симонове, в Москве, где покоятся останки доблестных иноков-воинов Пересвета и Осляби, сподвижников Великого Князя Димитрия Иоанновича Донского на Куликовой битве. Государыня Императрица с Августейшею Фамилией и лица разных состояний, между коими находились и нищетою богатые, словом и делом заявили свое сочувствие к сему торжеству. Любит человек обращаться к воспоминанию давнопрошедшего потомy что в духе его есть чувство беспредельного будущего; любезны ему дела добрые, высокие подвиги, потому что в духе его есть вера, что добрые дела переходят с человеком за пределы гроба, и там составляют его блаженство.
      О первоначальном устройстве церкви, во имя Рождества Пресвятой Богородицы, на Старом Симонове, по письменным памятникам, известно следующее: Во время княжения в Москве Великого Князя Димитрия Иоанновича Донского, когда Митрополитом Московским и всея России находился св. Алексий, прибыл в Москву из Троицкой обители пр. Сергия племянник его — инок Феодор — Феодор, в миру Иоанн, был сын старшего брата пр. Сергия, Стефана, постригшегося по вдовству в монахи и бывшего потом игуменом Московского Богоявленского монастыря. Инок Феодор, около Москвы, на юго-востоке, в местности, называвшейся издревле Симоново — там, где ныне возвышается каменная Богородицерождественская церковь, в 1370 году построил деревянную, во имя Рождества Пресвятой Богородицы церковь, и положил при ней основание иноческой обители. Сам пр. Сергий и советом и трудами способствовал иноку Феодору в устройстве обители. Пруд, который доныне находится на южной стороне Богородицерождественской, на Старом Симонове, церкви, по преданию, ископан трудами пр. Сергия; и в монастырских документах, как известно, пруд этот издавна назывался Сергиевским. Пр. Феодор был первым игуменом новоустроенной, на Симонове, Богородицерождественской обители.
      В то время, когда устроивалась Богородицерождественская на Симонове обитель, Москва была небольшим городом. Россия более столетия находилась под игом Татар, а Русские князья, оспаривая друг у друга владения областями, вели между собою раздоры и битвы.
      Место, занятое на Симонове новоустроенной обителью, оказалось тесно и неудобно для обители. Церковь, с западной стороны, имеет близкий высокий берег Москвы-реки, а с северной стороны окружено глубоким оврагом и составляет собою какой-то утес горы, на котором совсем негде развернуться обители, особенно большой, с ее жилыми в хозяйственными постройками. Владетель Симоновской местности для монастыря дал другое место, в близком расстоянии от Богородицерождественской церкви, а именно, менее четверти версты за упомянутым оврагом, — там, где ныне помещается обширный Симонов монастырь. Здесь игумен Феодор, около 1379 года, основал новый монастырь и заложил каменный, в обширных размерах, собор во имя Успения Пресвятой Богородицы, который, по смутным обстоятельствам того времени, долгое время строился. Богородицерождественская обитель осталась на Старом Симонове, под управлением того же игумена Феодора, и стала служить для иноков новоустроенного Симонова монастыря, или как усыпальница для умерших, или как скит для искавших себе уединенной подвижнической жизни.
      Тяжко было для Русских иго Татарское. Русские платили Татарам ежегодно поголовную подать. Татарские чиновники, как соглядатаи, жили в Русских городах и наблюдали за действиями Русских князей. Великие князья должны были отправляться в Орду, или столицу Татарских ханов, чтоб там получить себе ярлык, или право на владение великокняжеским престолом. Великий Князь Димитрий Иoаннович, покончив распри с некоторыми из Русских князей, с успехом испытал силу Русского оружия в войне против тогдашних Болгар, и даже в нескольких стычках с самими Татарами. Успехи Русского оружия ненавистны были Орде. Посему Орда в 1380 году послала своего военачальника Мамая, с бесчисленным войском, разорить Москву и области покорных Великому Князю Димитрию Иоанновичу князей. Димитрий Иоаннович, собрав Московское войско и дружины покорных ему князей, решился противостать сильному Мамаю. Но благочестивый Князь в успехе битвы надеялся не столько на силы воинов своих, сколько на помощь Божию. Для сего пред походом на войну с Мамаем, Великий Князь отправился в Троицкую обитель преп. Сергия, испросить молитвами преподобного благословение Божие на успех Русского оружия. Пр. Сергий благословил Великого Князя на брань с врагами России и из числа своих иноков, по желанию Великого Князя, дал бывших прежде боярами и воинами, потом иноками Сергиевой обители — Пересвета и Ослябя, которые вместе с Руссим войском и отправились на войну. Там, на Куликовом поле, где протекат река Непрядва, произошла жестокая битва. Битву Русских с Татарами начал инок— воин Пересвет единоборством с Татарским богатырем. Инок—воин, по заповеди своего игумена преп. Сергия, не снимая иноческой схимы, с оружием на коне устремился также на конного врага— богатыря... Сразились... От ударов оружия в единоборстве не уцелел инок— воин, не остался жив и Татарин-богатырь. По словам древней повести о Мамаевом побоище, они "оба спадоша с коней на землю, ту и скончашася". За ними началась страшная сеча у Русских с Татарами. Числом воины Татары превосходили Русских, и Русские начали было уже в битве ослабевать. Но пламенное чувство Русских, что они сражаются за православную веру, за свободу своей отчизны, и благоразумие Русского военачальника сохранить остаток свежих сил к концу битвы, — спасли Русских. Татары разбиты были на голову, и Мамай, по словам той же повести, воскликнув "велик Бог христианский" и бежал с поля битвы, и за ним устремились остатки разбитых его полчищ. Много в этой кровавой битве погибло Русских воинов, погиб и другой инок-воин Сергиевой обители — Ослябя. Битва Русских с Мамаем происходила 8 сентября, 1380 года, в день праздника Рождества Пр. Богородицы. Великий Князь Димитрий Иоаннович в битве сражался как простой воин, и, по милости Божией, остался жив. Как битва происходила на Куликовом поле, недалеко от реки Дона, посему Великий Князь Димитрий Иоаннович, за успех в битве, называется в истории Донским. Великий Князь, похоронив убиенных Русских сынов на Куликовом поле, не предал там земле иноков-воинов Пересвета и Ослябя, а привез их в Москву и похоронил в Старосимоновской обители, как значится по письменным памятникам "при церкви деревянныя Рождества Пресвятой Богородицы – в палате каменной под колокольнею – и доски (на них) каменныя".
      Вернемся и мы в Москву. Преподобный Феодор, игумен Симоновский, по своему духовному просвещению и благочестивой жизни, был в близких отношениях с Великим Князем Димитрием Иоанновичем Донским. Великий Князь, одержав победу над Мамаем в день праздника Рождества Пр. Богородицы, Рождественской, на Старом Симонове, обители дал вкладу село Рожествено, находившееся на месте Мамаева побоища; игумена Феодора имел своим духовником и, как более других способных, не раз посылал его, по делам церковным, в Константинополь. Тамошний Патриарх Нил также оказывал игумену Феодору знаки своего особого внимания; в 1383 году возвел его в сан Архимандрита и Симонов монастырь сделал ставропигиальным. В 1388 году, по желанию Великого Князя Димитрия Иоанновича, Архимандрит Феодор посвящен во Епископа, а в 1389 году он поступил Архиепископом на кафедру Ростовской и Ярославской епархии, где в 1394 году скончался. Память его чтится как угодника Божия.

Церковь Рождества Пр. Богородицы на старом Симонове в Москве.

      Устроенная на новом месте Симоновская обитель в Москве в это время и позднее процветала. Из настоятелей ее, как известно, многие восходили на высшие иерархические степени. К устройству и благосостоянию Симонова монастыря споспешествовали Московские Великие Князья и последовавшие за ними Государи. Основанный при Великом Князе Димитрии Иоанновиче Донском в Симонове монастыре Успенский собор, в тех громадных размерах, которые ныне видим, по отстройке освящен в 1405 году, октября 1. К сему, в разное время, воздвигнуты в монастыре разные для жительcтва монаществующих каменные здания и другие принадлежности монастырского обихода, а в конце XV века Симонов монастырь окружен обширною каменною с башнями оградою. Над западными воротами монастыря, при Царе Феодоре Иоанновиче, устроена церковь Всемилостивого Спаса, которая освящена в 1593 году, августа 1-го Патриархом Иовом, в присутствии самого Государя. Около 1677 года Царем Феодором Алексеевичем устроена трапезная церковь в честь Тихвинской иконы Божией Матери. Царь любил посещать Симоновскую обитель и проживал иногда в ней. Терраса, которая доныне возвышается при трапезной церкви, в виде четвероугольной недоконченной башни, устроена Царем Феодором Алексеевичем - с нее Царь мог любоваться и окрестностями на дальнее расстояние, и златоглавою Москвой.
      Москва, со времени утверждения единодержавия в России и по низвержении ига Татарского, приходила в благоустройство, и быстро возрастала по народонаселению. Смиренно стояла около Симонова монастыря в описываемое нами время Богородицерождественская, на Старом Симонове, обитель. Она была окружена деревянною стеною. Настоятели Симонова монастыря были и ее настоятелями. Впрочем, по письменным памятникам того времени, в Богородицерождественской, на Старом Симонове, обители упоминаются свои игумены или строители. При Богородицерождественской, на Старом Симонове, обители находилась слобода, в которой жили служители Симонова монастыря, как-то: воротники, плотники, кузнецы и другие рабочие и ремесленные люди. Кроме того здесь находились разные хозяйственные заведения для Симонова монастыря, как-то: скотный двор, сараи, кузницы и прочее. По скотному двору подмонастырская, при Богородицерождественской обители, слобода называлась иногда, в письменных документах того времени, Коровьею, или сельцом Коровьим.
      При Симоновском архимандрите Варлааме, бывшем в последствии Митрополитом всероссийским, на Старом Симонове, около 1509 году, построена во имя Рождества Преподобной Богородицы каменная церковь, которая доныне существует. Она освящена того 1509 года, 1 сентября Митрополитом всероссийским Симоном. Церковь, по подобию других каменных церквей строившихся в XVI веке, составляет особый четвероугольник. Алтарь церкви состоит из трех арок, разделенных между собою простенками - вместо железных связей в них дубовые брусья. Стены церкви, как по освидетельствованию оказалось, складены из больших полупудовых кирпичей. Постройка арок и других принадлежностей церкви, не смотря на позднейшие небольшие перестройки, которые видны,— все показывает древнюю стройку. Прежняя деревянная церковь во имя Рождества Преподобной Богородицы, по случаю постройки новой каменной церкви в тоже наименование, сломана. Мы за верное полагаем, что она находилась на том месте, где ныне при каменной церкви трапеза, потому что деревянная колокольня, под которою погребены иноки-воины, как ниже увидим, оставалась или не сломанною, или заменяема была новою деревянною же над могилою иноков-воинов.
      Государи не оставляли своим вниманием Богородицерождественской, на Старом Симонове, церкви, хотя она не была уже иноческою обителью. В 1669 году, как из расходной книги того времени Приказа тайных дел видно, царь Алексей Михайлович на годичное поминовение преставившейся своей супруги царицы Марии Ильиничны указал "дать на Старом Симонове в церкви священникам Стефану Прокофьеву и Роману Михайлову по пятидесяти рублев".
      При Государе Петре I монастыри в России начали себе получать иное назначение против того, которое имели прежде. Петр I хотел некоторые монастыри обратить в особые общественные благотворительные учреждения. Так в Москве монастыри Вознесенский и Чудов назначены были для помещения старых, больных и увечных, — в первый — женского пола, а во второй — мужского. Новодевичий монастырь назначался для воспитания сирот. Но предположения Государя не осуществились, по случаю смерти его. Как при Петре I, так и при преемниках его, в монастыри посылались отставные солдаты с их семействами для содержания. Екатерина II, в 1764 году февраля 26, все монастырские вотчины перечислила в ведомство Коллегии Экономии; а на содержание монастырей определено штатами денежное жалованье. При сем не мало монастырей и пустыней закрыто, а здания их отданы в военное ведомство. Симонов монастырь, при последовавших переменах, получил себе штатное жалованье первоклассного монастыря. Только в 1771 году Симонов монастырь, по случаю открывшейся в Москве заразительной болезни, известной под названием моровой язвы, обращен был в карантин или больницу для зараженных.
      В 1757 году, 4 июня священник церкви Рождества Пресвятой Богородицы, что на Старом Симонове, Петр Афанасьев и прихожане в прошении, поданном в Московскую Консисторию, объяснили, что "при их приходской церкви имеется деревянная колокольня, построенная в давних годах на каменной палатке, где погребены бывшие при Мамаевом побоище воины и страдальцы за веру христианскую Ослябя и Пересвет, в иноцах схимонахи Александр и Адриан, над которою каменною надгробною палаткою своды давно рушились, а колокольня деревянная весьма обветшала и от гнилости зыблется, и опасно, чтоб не повалилась и колоколам не учинилось траты и гробам повреждения, притом же и людем убивства", — просили позволения "ветхую колокольню разобрать и каменные своды возобновить и на том же месте построить вновь деревянную ж, и за неимуществом приходских людей и за оскудением церковных казенных денег, о собрании в Москве от христолюбцев подаяний, дать сборную книгу". Консистория, согласно прошению, разрешила постройку новой деревянной колокольни, с возобновлением каменных сводов над могилою иноков-воинов, и выдала книгу на два года для сбора пожертвований.
      В 1785 году священник Кодрат Ефимов и прихожане подали Пр. Платону просьбу, в которой объясняли, что, при их приходе, с давних лет, имеются порознь построенные две церкви: одна каменная Рождества Пр. Богородицы с ветхим иконостасом, — напротив ее деревянная колокольня; другая деревянная Святителя и Чудотворца Николая, ветхая, с иконостасом крепким и хорошим — и просили, разрешения к каменной Рождественской церкви вновь построить каменную теплую трапезу, а Николаевскую деревянную церковь, также и колокольню, сломать для топки трапезы на дрова; в новопостроенной трапезе сделать придел во имя Святителя Николая, — перенести для того крепкий иконостас из Николаевской церкви, — и сделать каменную колокольню. Пр. Платон 10 марта того года разрешил просимое просителям, и в строении велел пользоваться наставлениями Симоновского Архимандрита. К делу о постройке теплой трапезы представлен был план, который доселе сохраняется. Из плана видно, что могила иноков-воинов, которые в изъяснении к плану названы страстотерпцами, находилась под ветхою деревянною колокольнею, которую просили сломать и сделать вместо оной каменную. Вот почему, мы за верное полагаем, что первоначальная деревянная во имя Рождества Пр. Богородицы церковь находилась на том месте, где ныне трапеза; потому что 1) иноки-воины, привезенные с Куликовой битвы положены, как выше сказало, "у церкви деревянных Рождества Пресвятыя Богородицы — в палатке каменной под колокольнею". Колокольня деревянная, в 1757 году, вновь построена; но каменные своды или склеп, в котором положены гробы с телами иноков-воинов, оставались на своем месте под колокольнею; 2) каменная трапеза устроилась на пространстве от каменной (древней) Богородицерождественской церкви до деревянной колокольни, под которой могила иноков-воинов, и 3) новая каменная колокольня строилась на месте прежнем, т.е. над каменною палаткою или склепом, в котором гробы иноков-воинов. Каменная трапеза и колокольня окончены постройкою в 1787 году. Пр. Платон, 26 мая того же года, разрешил в ней освятить новоустроенный придел во имя Святителя Николая.
      В 1788 году большие перемены произошли в Симонове монастыре. В том 1788 году стоявшая несколько столетий, по соседству с Симоновым монастырем, кафедра Крутицкой епархии, именным указом 16 июля упразднена, и из церквей сей епархии много причислено к Московской епархии. В тоже время упразднена кафодра Переславской епархии. Церкви ее также большею частью перечислены к Московской епархии. Посему при кафедре Московской епархии учреждено викариятство, с помещением викария на жительство в Московсвом Богоявленском монастыре; а на содержание викария Московской епархии, тем же указом, обращено штатное содержание Симонова монастыря, и монахов из сего монастыря велено перевести в другие монастыри; а Симонов монастырь по сему случаю упразднен. Здания, в коих на Крутицах помещался Крутицкий Архиерей с своим штатом, отданы в ведение Московского главнокомандующего, или, ныне генерал-губернатора, а здания Симонова монастыря обращены для устройства в нем госпиталя Кригс-Коммисариата, состоявшего в военном ведомстве.
      Московские жители много сожалели о такой печальной участи Московского древнего и знаменитого Симонова монастыря; особенно те, предки коих покоились в монастыре, и которые делали вклады в монастырь. Посему сетующие отыскивали случаи у Двора, как бы возвратить Симонов монастырь в прежнее состояние. Близкими лицами к Государыне Екатерине II доводимо было до сведения Государыни о древности и знаменитости Симонова монастыря. Конечно, при сем упомянуто было и об иноках-героях Пересвете и Ослябе, сподвижниках Великого Князя Димитрия Иоанновича Донского. Государыня пожаловала деньги на сооружение памятника инокам-героям. Пр. Платон, бывший уже Митрополитом Московсвим, устроил в трапезе Богородицерождественской, на Старом Симонове, церкви, по входе с левой стороны, два каменных надгробия со следующей обширною, но мало объясняющею дело, надписью: "В надежде воскресения, здесь преданы земле телеса блаженных иноков Александра Пересвета и Родиона Ослябя, которые в 1380 году преподобным Сергием Радонежским, быв даны в сопутствие Великому Князю Димитрию Иоанновичу Донскому, ополчившемуся против Мамая князя Татарского, с многочисленным воинством на Россию пришедшего, в кровопролитном близ Дону, на поле Куликове, сразивши, где одержана Россиянами совершенная победа, положили за отечество живот свой. Над сими телесами устроены прежде были две гробницы; но оные, при разобрании в сем приходе старой колокольни, уничтожены; ныне же повелено, в честь сих воинов и в память усердия и храбрости их потомству, соорудить вновь сей памятник 1794 года". Памятник инокам-воинам построен; но Симоновский монастырь оставался, по прежнему, госпиталем военного ведомства. Уже в 1795 году, по ходатайству Санкт-Петербургского Митрополита Гавриила и по докладу Синодального Обер-Прокурора графа Мусина-Пушкина, Государыня 4-го апреля повелела обратить Симонов монастырь в прежнее положение и состояние. Так память о древности монастыря и с тем вместе о доблестных иноках-воинах спасла Симонов монастырь от опасности, которой подвергся Крутицкий Архиерейский дом, в зданиях коего доселе помещаются военные казармы.

Церковь Рождества Пр. Богородицы на старом Симонове в Москве.

      Древняя каменная Богородицерождественская, на Старом Симонове, церковь с теплою трапезою, в которой стояли каменные надгробные памятники иноков-воинов Пересвета и Ослябя, продолжала существовать но прежнему. После нашествия неприятельского в 1812 году, в приходе оной церкви, по церковным документам за 1815 год значились: Симоновская слобода, в которой жили Симонова монастыря штатные служители, и деревни Кожухово и Гравороново; кроме того, загородный дом майора Платона Петровича Бекетова. Всех приходских дворов числилось 95. В последствии времени, кроме штатных служителей Симонова монастыря и показанных деревень крестьян, в приходе значились купеческие дома Семена Аникеевича Селивановского, Ивана Петровича Щеглова и других. В 1843 году приходских дворов простиралось до 150.
      В 1844 году Богородицерождественской, на Старом Симонове, церкви священник Иван Цветков и прихожане подали просьбу Московскому Митрополиту Филарету, объясняя, что пристроенный к их церкви придел Святителя Николая, по приходу их, тесен и, представив план, просили разрешения на перестроения. Покойный владыка был знаток строительного искусства и любитель древности. Он, рассмотрев план, написал на прошении: "Фасада настоящей церкви слишком изменена не к лучшему виду здания, а к бесполезной издержке и к сокрытию вида древности". План возвращен просителям для исправления. В март 1845 года священник и прихожане представили Митрополиту новый план перестроения с просьбой разрешить им, в частности, "по распространении трапезы, устроить в ней приделы, — на правой стороне, как прежде, святителя Николая Чудотворца, на левой — пр. Сергия Радонежского, на том основании, как они в прошении объясняли, что в сей стороне, в углу, почивают блаженные иноки, благословленные пр. Сергием на битву против Мамая,— Александр Пересвет и Родион Ослябя". 31 декабря того 1845 года донесено было Митрополитом св. Синоду, с испрашиванием разрешения на просимую постройку в Богородицерождественской, на Старом Симонове, церкви. Указом 1846 года 14 декабря св. Синод известил Митрополита, что Государь 3 ноября того 1846 года утвердил проект на распространение в городе Москве, на Старом Симонове, Богородицерождественской каменной церкви и на перестройку при ней колокольни. Планы или проект на просимую постройку трапезы и колокольни, 30 того же декабря, выданы в Консистории священнику Цветкову. По постройке, при Богородицерождественской, на Старом Симонове, церкви, трапезы и колокольни, устроенные приделы освящены— Святителя Николая 1849 года ноября 27 и Пр. Сергия 1855 года сентября 3.
      Памятник, или каменные надгробия иноков-воинов, во время стройки новой трапезы, находились вне церкви, а по постройке трапезы, поставлены в ней, по входе на левую сторону, где придел Пр. Сергия.

Церковь Рождества Пр. Богородицы на старом Симонове в Москве.
Гробница над телами иноков-воинов Пересвета и Осляби

***

      8-го сентября 1870 года совершилось религиозное, а вместе с тем археологическое и историческое торжество — празднование пятисотлетия Старо-Симоновской обители. Накануне местным благочинным протоиереем привезена была присланная от Ее Величества Государыни.
      Императрицы драгоценная лампада, и когда были помещены пред иконами, под шатром надгробной сени над могилами иноков-воинов Александра Пересвета и Родиона Осляби, и другие две лампады, — одна, сооруженная на сумму, пожертвованную Их Императорскими Высочествами Великими Князьями Алексеем, Сергием и Павлом Александровичами и Сергием Максимилиановичем, другая — морским ведомством, — тогда, по распоряжению митрополита московского, благочинный с местным причтом отправили благодарственный молебен. В 7-м часу началось всенощное бдение, пред которым отслужена была у вновь устроенной гробницы панихида. Службу совершал архимандрит Симонова монастыря с братией и с местным причтом. При виде этого храма, возобновленного с Высочайшего соизволения, с его щелеобразными окнами, наполненного в настоящую всенощную службу иноками, молящиеся невольно переносились за несколько веков, когда здесь существовала монашеская обитель.
      В трапезной церкви, над могилами иноков-воинов Пересвета и Осляби сооружена П.Г. Цуриковым при участии М.Е. Попова металлическая гробница с таковою же шатровою сенью, в русском стиле, по проекту даровитого молодого художника И.П. Петрова; во главе гробницы складень из трех икон, присланный к этому дню в дар из Троице-Сергиевой лавры. На западной стене трапезной церкви помещены две картины, работы Д.М. Струкова, пожертвованные М.И. Ляпиным; одна изображает трапезу в Сергиевой лавре, где преподобный Сергий изъявляет согласие отпустить иноков Пересвета и Ослябю к великому князю Димитрию Донскому, а другая — единоборство Пересвета с татарским богатырем пред страшным Мамаевским побоищем.
      На другой день, то есть 8-го сентября, торжество началось крестным ходом из Симонова монастыря на старое Симоново, к ныне приходской церкви Рождества Пресвятой Богородицы. Литургию совершал его высокопреосвященство митрополит московский; во время малого выхода поднесена была владыке на серебряном блюде скуфья, Высочайше пожалованная к этому дню иерею Рождественской церкви Иоанну Введенскому; маститый архипастырь торжественно возложил, при пении клира "аксиос", скуфью на главу священника, видимо тронутого и милостью Монарха, и краткой речью, сказанной при этом митрополитом.
      Пред литургией торжественно отслужена была у гробницы, усыпанной живыми цветами, панихида по усопшем великом князе Димитрии Донском, Государе Цесаревиче Великом Князе Николае Александровиче, по Великом Князе Владимире Храбром, по инокам Александре Пересвете и Родионе Ослябе и по всех воинах, убиенных в Куликовской битве. К панихиде прибыл московский генерал-губернатор князь Владимир Андреевич Долгорукий; представителя первопрестольной столицы окружали граждане всех сословий; здесь были и сановники, и ученые, как духовные, так и светские, крестьяне, прихожане, и все возносили молитвы на месте, освященном пятисотлетним своим существованием. По окончании литургии было провозглашено многолетие Августейшему дому, митрополиту московскому и всем, участвовавшим в украшении храма. В то же утро митрополит московский возложил на старосту помянутой церкви, крестьянина Ивана Ленькова, пожалованную Государем Императором серебрянную медаль с надписью "за усердие", для ношения на груди на Станиславской ленте. После литургии его высокопреосвященство посетил священника и затем, вместе с генерал-губернатором, одну из прихожанок, много и неустанно трудившуюся для этого празднества, Е.А. Селивановскую. После того учредители и приглашенные ими лица перешли в покои архимандрита Симонова монастыря; началась трапеза с благословения его высокопреосвященства. Во время стола отправлена была к Ее Императорскому Величеству следующая телеграмма: "Москвичи с причтом и прихожанами церкви Рождества Пресвятой Богородицы, что на Старом Симонове, коленопреклоненные пред образом преподобного Сергия у гробницы иноков-витязей Александра Пересвета и Родиона Осляби, при свете лампады, затепленной Вашим Величеством, возносят горячие молитвы о здравии и благоденствии Вашего Императорского Величества, Государя Императора, Государя Наследника, Его Супруги Государыни Цесаревны и всего Августейшего Дома".
      Телеграмму подписал представитель всех сословий древней столицы князь Владимир Андреевич Долгорукий и, по предложению его сиятельства, в память торжества, носящего и исторический интерес, профессор истории Московского университета С.М. Соловьев. Другая телеграмма, за подписью лиц, усердствовавших к устройству этого празднества и некоторых прихожан, была отправлена в Павловск Его Высочеству генерал-адмиралу Константину Николаевичу. Вот ее содержание: "Москвичи, чтители русской старины, собравшись в стенах Симоновской обители праздновать ее пятисотлетний юбилей, в день четыреста девяностолетней годовщины Куликовской битвы, по прочтении рескрипта Вашего Высочества от 1-го сего сентября, на имя причта со старостою церкви Рождества Пресвятой Богородицы, с препровождением лампады, сооруженной морским ведомством ко вновь устроенной гробнице иноков Свято-Троицкой лавры, Куликовских богатырей Александра Пересвета и Родиона Осляби, с восторгом поднимают и осушают бокалы при возглашении тоста за здоровье Вашего Высочества в присутствии московского митрополита и генерал-губернатора, и шлют усерднейшее поздравление с наступающим днем рождения Вашего Высочества".
      Во время обеда тосты провозглашаемы были соборным протодиаконом. Первый тост был за здоровье Государя Императора, после чего хором присутствующих было пропето многолетие. Затем местный благочинный протоиерей прочел письмо, присланное князем Владимиром Андреевичем Долгоруким к митрополиту московскому: "Ваше высокопреосвященство, милостивый архипастырь! Государыня Императрица, известясь о праздновании 8-го сентября пятисотлетия основанию Московской Старо-Симоновской обители, изволила выразить желание устроить лампаду к иконе при гробнице славных витязей-иноков Пересвета и Осляби, павших на Куликовской битве и погребенных в этой обители. Изготовленную вследствие сего лампаду поспешаю препроводить, вместе с описанием, к вашему высокопреосвященству, покорнейше прося сделать распоряжение об употреблении ее по назначению Ее Величества".
      Серебряная позлащенная лампада сделана по рисунку Корсунского паникадила, что в Новгородском Софийском соборе; обод лампады украшен шестью иконами: 1) святого благоверного князя Александра Невского, 2) святой Марии Магдалины, 3) святого Сергия Радонежского, 4) святого Димитрия Солунского, в память в. к. Димитрия Донского, 5) святого Александра, в память Пересвета и б) святого Родиона, в память Осляби. Между иконами вставлено 80 сибирских рубинов и изумрудов; в нижней части лампады, в трех щитках, годы: 1) 1370—обретение места для Симонова монастыря, 2) 1380 — погребение иноков Пересвета и Осляби, и 3) 1870— празднование 500-летия основанию обители. Венчик над цепями украшен 8-ю сибирскими рубинами и изумрудами. Внизу лампады, вместо кисти, лаписовый крест в золотой оправе, в старорусском стиле.
      Затем последовали тосты за здоровье Государыни Императрицы, Государя Наследника Цесаревича, Государыни Цесаревны и всего Августейшего Дома, удостоивших принять участие в этом торжестве. Пред тостом за здоровье генерал- адмирала, лейтенант П.М. Баранов, присланный с лампадою от морского ведомства, прочел рескрипт, за подписанием Beликого Князя Константина Николаевича. Вот содержание рескрипта: "Причту со старостою церкви Рождества Пресвятым Богородицы, что на Старом Симонове, в Москве. По случаю духовного торжества в память иноков Александра Пересвета и Родиона Осляби, имеющего быть 8-го сентября сего года в церкви Рождества Пресвятой Богородицы, что на Старом Симонове, морское ведомство, с Высочайшего Государя Императора разрешения, препровождает при сем лампаду для помещения над их могилами, в ознаменование того, что два фрегата нашего флота носят имена сих святых,— поборников земли русской. Лапмада изготовлена из серебра мастером Грачевым по рисунку художника Гартмана. Инок Ослябя представлен на ней согласно изображению его, находящемуся на носовой части фрегата и исполненному покойным профессором Пименовым. Георгиевская же лента, которою прикреплена лампада, да послужит напоминанием высокого мужества сих духовных витязей и выражением связи их подвига с доблестями последующих поколений. Генерал-адмирал Константин". 1-го сентября 1870 года.

Церковь Рождества Пр. Богородицы на старом Симонове в Москве.

      В тот же день вечером московский генерал-губернатор удостоился получить следующую ответную телеграмму Государыни Императрицы: "Генерал-губернатору князю Долгорукову. С дущевным удовольствием прочла Я телеграмму вашу о совершенном в нынешний великий праздник и достопамятный для России день богослужении в церкви Рождества Богородицы, у гробницы иноков Пересвета и Осляби; да будет усердное приношение Мое свидетельством чтимой Мной памяти святых сподвижников отечественной славы. Мария".
      На другой день, 9-го сентября, утром, от Великого Князя Константина Николаевича была получена следующая телеграмма: "Генерал-губернатору князю Долгорукову. Искренно благодарю Москвичей за вчерашнюю депешу и за поздравление. Константин".
      Признательные прихожане церкви Рождества Пресвятая Богородицы, что на Старом Симонове, обратились с предложением к одному из учредителей тогдашнего празднества, А.А. Мартынову, отправиться вместе со старостой церковным, крестьянином И.Я. Линьковым, повергнуть пред Великим Князем их благодарность и просить Его Императорское Высочество удостоить посетить усыпальницу воинов-иноков Пересвета и Осляби. Приглашение было принято Великим Князем более нежели благосклонно, и 14 июня 1872 года в половине второго часа пополудни, Его Императорское Высочество пожаловал на Старое Симоново. Подъехав к церковным воротам, Великий Князь, посреди собравшегося во множестве народа и при звоне колоколов, вышел из экипажа и, при громких криках ура, встреченный в дверях храма благочинным и местным священником со крестом и святой водой, вступил в церковь. После краткого молебна и по возглашении многолетия, Великий Князь со вниманием изволил осматривать храм и его достоиримечательности. Здесь представлялся Его Высочеству В.Н. Коротков, принимавший деятельнейшее участие в работах по случаю празднования пятисотлетия Старо-Симоновской обители. Войдя в трапезу, Великий Князь внимательно осмотрел гробницу над телами Куликовских героев Пересвета и Осляби, сооруженную по проекту художника И.П. Петрова, лично объяснявшего здесь Великому Князю все, что касалось до устройства этого памятника; член Московского Археологического общества Н.П. Розанов поднес Великому Князю составленное им к торжеству пятисотлетия описание с рисунками церкви Рождества Пресвятой Богородицы, что на Старом Симонове; Д.М. Струков объяснял Его Высочеству содержание написанных им картин, помещенных в трапезной церкви. Исконный любитель и знаток старины русской, Великий Князь Константин Николаевич, в подробности осмотрев храм и его достопримечательности, преклонил колена пред усыпальницей Пересвета и Осляби и, как благоговейный чтитель памяти черноризцев-воинов, приложился к их надгробиям. Местный священник благословил Великого Князя иконой Рождества Пресвятой Богородицы, а прихожанами поднесена была Его Высочеству хлеб-соль. При тех же восторженных и вместе благодарных криках ура Великий Князь отбыл из Старого Симонова, посетив на возвратном пути Симонов монастырь.
      В 1874 году января 24 Их Императорско-королевские Высочества наследный принц Прусский с супругою, в сопровождении члена Московского Археологического общества А.А. Мартынова, посетили Старое Симоново и обозревали гробницу иноков-воинов Пересвета и Осляби.

Статья Н.П. Розанова. 1877 год. Приводится в сокращении

      P.S. Могилы Александра Пересвета и Андрея Осляби не были обнаружены, восстановлены надгробия внутри храма. Во дворе перезахоронены останки из старинной братской могилы (участники Куликовской битвы?), одно из старинных надгробий хранится в колокольне.



Оглавление



 

 

СОГЛАШЕНИЕ:


      1. Материалы сайта "Брянский край" могут использоваться и копироваться в некоммерческих познавательных, образовательных и иных личных целях.
      2. В случаях использования материалов сайта Вы обязаны разместить активную ссылку на сайт "Брянский край".
      3. Запрещается коммерческое использование материалов сайта без письменного разрешения владельца.
      4. Права на материалы, взятые с других сайтов (отмечены ссылками), принадлежат соответствующим авторам.
      5. Администрация сайта оставляет за собой право изменения информационных материалов и не несет ответственности за любой ущерб, связанный с использованием или невозможностью использования материалов сайта.

С уважением,
Администратор сайта "Брянский край"

 

 
Студия В. Бокова